Дмитрий Наркисович Мамин-Сибиряк
(1852-1912)
Русская классика
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

15

Барка почти совсем выбежала из камней; если попадем куданибудь на мель, так это не велика беда. Вот пониже Камасина, там будет работа…

        – А что?

        – Да пониже Кумыша… Слыхали про боец Молоков?

        – Слыхал.

        – Ну, там стоит посмотреть.

        Когда мы так разговаривали, шорох повторился несколько раз, а затем барка разом врезалась во чтото мягкое и остановилась. Только вода глухо бурлила около бортов, да поносные продолжали напрасно бить направо и налево. Я вышел на палубу. Барка села на мель.

        – Дрянь дело, – проговорил Илья, спускаясь со скамейки.

        Бурлаки безучастно стояли на палубе и ждали, что скажет сплавщик.

        – Что теперь будем делать? – спрашивал я.

        – А вот надо, какникак, с огрудка сыматься.

        Очевидно, мы выбежали из гор. Впереди и по бокам расстилалась широкая равнина, где среди леса мелькали правильными квадратами поля, зеленели озими, и гдето далекодалеко, на крутом берегу, виднелась деревня. По реке медленно плыли почерневшие, рыхлые льдины; на противоположном берегу стояла, покосившись, обмелевшая барка.

        – Это откуда ледто идет? – спрашивал я Илью.

        – Да из Койвы, барин, – нехотя отвечал старик, которому было теперь не до меня. – Речка такая есть, Койвой называется, ну, лед из нее и идет… Того гляди, еще барку подрежет.

        – Это как?

        – А так: начнет льдина за льдиной по барке резать, ну, и прорежут борт… Ах ты, грех какой вышел! Никогда на этом самом месте огрудка не бывало, а тут вдруг огрудок.

        – А деревня впереди какая?

        – Да это Камасино… Ах ты, грех какой вышел!.. а!..

        Деревня Камасино служит резкой гранью для Чусовой: здесь она окончательно выбегает из гор, впереди стелется волнистая равнина, покрытая лесом, пашнями и заливными лугами. Вдали можно было рассмотреть железнодорожный мост, перекинутый через Чусовую на высоких каменных устоях. Здесь Чусовую пересекает недавно построенная Уральская горнозаводская железная дорога. Около Камасина существует целый ряд опасных мелей, потому что река здесь разливается в низких берегах очень широко.

        – Ну, братцы, как мы будем сымать барку? – спрашивал Илья, обращаясь к бурлакам.

        Бурлаки переминались и ничего не отвечали. Илья нетерпеливо крякнул, бросил на палубу свои кожаные рукавицы и обратился к косным.

        – Спущайте неволю… Попробуем сперва неволей сняться, авось и слезем с огрудка.

        Неволей называется громадное бревно, затесанное с обеих сторон; оно походит на громадную доску, в несколько вершков толщины. Таких неволь при каждой барке обыкновенно две, и они плывут около бортов, несколько предохраняя борты от ударов о бойцы.

        Через пять минут косные были готовы, то есть сняли кафтаны, сапоги и остались в одних рубахах. Один из них, здоровый мужик с русой бородкой, засучил штаны и, держась за борт барки, встал на неволю.

        – Ах, студяно, – проговорил он, пробуя голой ногой холодную воду, – жгется водато…

        – Ну, ну, не разговаривай! – кричал Илья. – Вавило, отвязывай неволю, а ты, Сергей, иди на конец.

        Молодой парень в красной рубахе тряхнул волосами, перекрестился и разом перескочил через борт на неволю.

        – Приготовь чегень, Прошь!

 

Фотогалерея

Mamin 10
Mamin 9
Mamin 8
Mamin 7
Mamin 6

Статьи








Читать также


Повести разных лет
Сибирские рассказы
Уральские рассказы
Поиск по книгам:


Сказки и рассказы для детей
ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту