Дмитрий Наркисович Мамин-Сибиряк
(1852-1912)
Русская классика
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

2

не могла успокоиться. Теперь я вспомнил, что я давеча совсем не заметил старухи, хотя она бродила по совершенно открытому месту и в момент встречи, как и теперь, точно выросла из земли. Признаюсь, меня всегда пугают эти неожиданные молчаливые появления, вырастающие из земли, как тени, и я каждый раз несколько времени испытываю неприятное чувство человека, который бродит в темноте и неожиданно наталкивается на совсем незнакомые предметы.

        Пока я передумывал все это, знахарка с какимто ласковым шепотом выложила собранную траву около спавшей внучки, а потом принялась за моих куликов; она, очевидно, умела обращаться с этой дичью, хотя крестьяне болотной дичи сами никогда не едят, считая ее поганой. Меня заинтересовало это обстоятельство.

        – Бабушка, ты это где научилась куликовто жарить? – спросил я, вынимая еще двух на ее пай.

        – Нет, барин, я не ем… никакого мяса не ем, – отказалась старушка и както печально улыбнулась. – А где я научилась куликовто жарить… Старая я, барин, больно старая. Мало ли чего знаю… Да, старая, даже на што комары – и те не едят. Тебя вот как накрасили, а меня не едят, потому и комар свой вкус знает: одно – старое, другое – молодое…

        Знахарка опять улыбнулась и, не торопясь, принялась завертывать куликов в широкие листья какойто травы, а потом зарыла их в золу. Я рассмотрел ее подробно только теперь. Сгорбленная, но еще бодрая, она была одета в поношенный темный ситцевый сарафан и такую же рубашку; большой темный платок покрывал голову вместе с загорелой морщинистой шеей. Ноги были босы, со следами болотной тины. Сморщенное лицо смотрело ласковыми, светлыми глазами, сохранившими еще таившуюся в них искру жизни; когдато это лицо, вероятно, было очень красиво, потому что и теперь еще не утратило известной приятности, особенно когда старушка улыбалась такой хорошей, спокойной улыбкой. Очевидно, она умела водиться с господами и держала себя с тем ласковым достоинством, с каким умеют обходиться заслуженные старушкиняни. Обыкновенные деревенские старухи както дичатся незнакомого барина и постоянно охают и стонут или ворчат.

        – Какую это ты, бабушка, травку собирала в болоте? – спросил я, когда кулики были уже готовы.

        – Травкуто?.. А хорошая, божья травка… ПетровКрест прозывается.

        Старушка принесла несколько стебельков и подала мне; ПетровКрест походил на ландыш, только был длиннее и имел мясистый белый корень в форме раздвинутых пальцев.

        – Почему эта травка ПетровымКрестом называется? – спросил я, продолжая рассматривать отдельные стебельки.

        Старушка выбрала один стебель, повернула его вверх корешком и подала мне: корешок имел неправильную форму креста. Дальнейших объяснений не требовалось.

        – Для чего же тебе эта травка?

        – А хорошая травка, барин, пользительная… помогает во многих болестях: когда к сердцу подкатит, поясницу ломит, от головы… От всего пользует…

        – Одну эту травку собираешь или еще и другие?

        – И другие травы собираю, которые на пользу… Помогаю, кто попросит… Есть больно хорошие травки, барин. Ах,

 
Оригинальные запчасти виртген.

Фотогалерея

Mamin 10
Mamin 9
Mamin 8
Mamin 7
Mamin 6

Статьи








Читать также


Повести разных лет
Сибирские рассказы
Уральские рассказы
Поиск по книгам:


Сказки и рассказы для детей
ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту