Дмитрий Наркисович Мамин-Сибиряк
(1852-1912)
Русская классика
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

28

даже всплакнул про себя. Очень уж горько ему показалось свое старое одиночество.

        Крепился он целых три дня и наконец не вытерпел, отправился к Густомесовым и упросил Агнию Ефимовну съездить за Аннушкой.

        – Да он меня еще убьет, Капитонто, – отнекивалась она. – Право, уж я не знаю, Егор Иваныч…

        – Ничего, не убьет, – уговаривал жену Густомесов. – Нас он, действительно, искрошит в крошки, а тебя не посмеет тронуть…

        Агния Ефимовна еще ни разу не бывала в доме у Капитона и ехала туда в большом смущении. Тяжело переступать порог, за которым милый, хороший живет с другой. Аннушка ужасно обрадовалась гостье, она все эти дни проплакала.

        – Я за тобой приехала…

        – Ох, не отпустит он меня. Грозится всех убить… зверь зверем ходит.

        – Ну, страшен сон, да милостив бог… Дайка я сама с ним переговорю.

        Капитон встретил гостью довольно сурово, но она не смутилась, а прямо подошла к нему и заговорила:

        – Ну, ударь… ну, убей!.. Ах, ты, Аникавоин!

        – Зачем пришлато?

        – А как в сказке говорится: прилетела сорокабелобока и говорит: «Не кручинься, удалдобрый молодец, не печалуйся, а все будет понашему»…

        Разговор с Капитоном продолжался довольно долго, так что Аннушке надоело ждать.

        – Едва уговорила… – объяснила Агния Ефимовна, вернувшись в комнату Аннушки. – До смерти уморилась с твоимто идолом. И меня пообещал убить в другой раз… Ну, едем.

        Аннушка от души пожалела добрую приятельницу и долго целовала ее за услугу и заступу, а Агния Ефимовна закрывала глаза и отворачивала от нее лицо.

       

XI

       

        Рассвирепевший Капитон сразу оборвал всякие отношения с дядей, с тестем и Густомесовым, заперся у себя в доме и кутил напропалую. Деньги у него еще оставались.

        – Это я им открыл золото, а они меня в шею! – орал он пьяный. – Я им покажу… И всех зарежу. Да… А золота сколько угодно найдем.

        Набрались у Капитона в доме такие же пьяные благоприятели из чиновников и купцов, – и пошел дым коромыслом. Анна Егоровна со страху по целым дням запиралась у себя в комнате и могла только плакать. Впрочем, один раз она попробовала уговорить мужа, но он так ее оттолкнул от себя, что несчастная женщина полетела на пол.

        – Отстань, постылая…

        Это последнее слово было тяжелее побоев. Оно окончательно убило несчастную женщину. Постылая жена… Ведь это хуже смерти. Она припомнила, как Агния называла своего мужа постылым, и понимала, что это значит. Перед ней точно самый свет закрывался. А ведь она привыкла к мужу и начинала его любить так хорошо, как любят скромные женщины. И вдруг ничего нет… В девятнадцать лет постылая, а что же дальшето будет? Анна Егоровна в какомто ужасе закрывала глаза и старалась совсем не думать об этом будущем. Вон отец уговаривает терпеть и не перечить мужу, а легко это делать?.. С другой стороны, Анна Егоровна была на стороне мужа, потому что все напрасно его обижали – и Густомесов и Лаврентий Тарасыч. Она не могла только понять, за что все так разом поднялись на него.

        Тосковавший Егор Иваныч теперь частенько завертывал к Густомесовым отвести душу. Посылать Агнию Ефимовну

 

Фотогалерея

Mamin 10
Mamin 9
Mamin 8
Mamin 7
Mamin 6

Статьи








Читать также


Повести разных лет
Сибирские рассказы
Уральские рассказы
Поиск по книгам:


Сказки и рассказы для детей
ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту