Дмитрий Наркисович Мамин-Сибиряк
(1852-1912)
Русская классика
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

16

соскочить с тыну – только и видели… – говорила Агния, заглядывая через тын. – И ушла бы, кабы не своя неволя… Ты думаешь, меня Яков Трофимыч связал?..

        У Агнии глаза начинали блестеть, грудь поднималась высоко – вся она была огонь и движение. Странно, что Аннушка каждый раз чувствовала себя както неприятно и точно начинала ее бояться. Что было на уме у Агнии? Чему она смеется? Агния в эти минуты действительно ненавидела Аннушку, глухо и нехорошо ненавидела. Ей даже хотелось столкнуть ее с тына. Раз Агния, глядя на Увек, проговорила задумчиво:

        – Знаешь, Аннушка, я тебе расскажу твою судьбу…

        – Не надо, Агния. Я не люблю… Это грешно… судьбу угадывать.

        – А я всетаки скажу… Я все знаю, что будет. Ты вот сидишь в скиту, как птица в клетке, а суженыйряженый ходит ветром в поле. Далеко залетел ясный сокол, а думкито все в скиту. Сколько ни побродит он по горам да по болотам, а сюда вернется, и сейчас к красной девице. Я сон такой видела… Богатство они найдут… много золота… Уехали бедные, приедут богатые. Не чует души в своей дочери Егор Иваныч, а ничего не поделаешь: придется расстаться.

        – Будет, Агния… – умоляла Аннушка. – Нехорошо.

        – Нет, ты слушай сонто… Вернется ясный сокол, разобьет клетку и увезет птичку на вольную волюшку… Миловать ее будет, целовать, обнимать…

        Говоря последние слова, Агния все больше и больше наклонялась к Аннушке, к самому лицу, так что та чувствовала ее горячее дыхание. А какие были глаза у Агнии в эту минуту – так и смотрят прямо в душу! Аннушка вся дрожала, не смея шевельнуться.

        – И она его тоже ждет… – уже шепотом говорила Агния. – Лестно такого сокола приголубить. Другието бабы завидовать будут… И у ней свои слова найдутся. Сейчасто ничего не понимает, а тогда вся заговорит… А дальше…

        Агния откинулась, точно проснулась от тяжелого сна. Лицо было такое бледное, глаза потемнели, на губах судорожная улыбка… Аннушка замерла от страха.

        – Агния, будет…

        – Хха, испугалась, смиренница!.. Хочешь, я вот сейчас со стены прыгну?.. Не бойся, никуда не прыгну…

        В свою келью Агния возвращалась, точно пьяная, и даже шаталась на ходу. Аннушке сделалось жаль ее.

        – Зачем ты так себя расстраиваешь, Агния?

        Агния посмотрела на нее безумными глазами и захохотала.

        – Уходи от меня, – шептала она. – Ты ничего не должна знать, что будет дальше… Уходи!

       

VII

       

        Целый год об Егоре Иваныче не было ни слуху ни духу, – точно все в воду канули. Раз только была засылка к матери Анфусе от честного старца Мисаила через прохожего странного человека, пробиравшегося по раскольничьим делам в матьРасею.

        – Наказал больно тебе кланяться, мать Анфуса, – повторял странник в десятый раз.

        – Ну, ещето што?..

        – А еще наказывал, штобы вы не беспокоились и што все идет правильно.

        – Да ты говори толком: где Егорто Иваныч? Он у нас ни в живых ни в мертвых…

        – Вся партия в тайгу ушла еще с зимы; ну, а летом оттуда ходу нет ни конному, ни пешему. Не близкое место: сотен на шесть верст от ближнего жилья. Тунгусишки сказывали, што быдто видели партию и соследили

 

Фотогалерея

Mamin 10
Mamin 9
Mamin 8
Mamin 7
Mamin 6

Статьи








Читать также


Повести разных лет
Сибирские рассказы
Уральские рассказы
Поиск по книгам:


Сказки и рассказы для детей
ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту