Дмитрий Наркисович Мамин-Сибиряк
(1852-1912)
Русская классика
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

1

        – Угодное место… – проговорил странник и перекрестился.

        Долго он шел сюда, а теперь оставалось сделать всего несколько шагов. Вот уж приветливо смотрят бревенчатые скитские избы, и старая деревянная моленная, и целый ряд хозяйственных пристроек. Все это вместе обнесено было высоким деревянным заплотом (забором), а большие шатровые ворота всегда были на запоре. Около ворот одним маленьким волоковым оконцем глядела небольшая избушка, в которой жила сестравратарь. К ней и направился странник. Он постучал в оконце и помолитвовался.

        – Господи, Исусе Христе, сыне божий, помилуй нас!

        Ответа пришлось подождать. Странник посмотрел на деревянную полочку, приделанную к окну с левой стороны, и улыбнулся. На полочке лежал кусок хлеба для заблудящего странного человека – исконный сибирский обычай. Только на второе молитвованье в окошечко «отдали аминь» и показалась старушечья голова, замотанная платком.

        – Аминь, добрый человек… Кого тебе, миленький?

        – А Якова Трофимыча, мать честная…

        – Якова Трофимовича? Нету у нас такого, миленький.

        – Как нету? Должон быть.

        – А вот и нет!..

        Голова быстро скрылась, а окно сердито захлопнулось. Страннику пришлось молитвоваться в третий раз и ждать дольше. Крепко живут старицы.

        – Што ты привязалсято? – ворчала старушечья голова, приотворяя оконце вполовину. – Сказано, нет! Иди своей дорогой, миленький…

        – А ежели у меня грамотка к матери Анфусе?..

        Строгие старушечьи глаза посмотрели на странника довольно подозрительно, точно взвешивали его.

        – Погоди ужо… – ответила старуха и скрылась.

        Опять странник остался у ворот. Солнце уже село, и потянуло резким весенним холодком. С Увека доносился хриплый лай цепных собак, – селение раскольничье, и жили в нем по старине, крепко.

        – Угодное место… – еще раз проговорил странник, подсаживаясь на приворотную скамейку. – Боголюбивые народы недаром строились. Вон как селитьбато разлеглась, верст на шесть по берегу будет.

        – Кто там хрещеный, – послышался голос в окне.

        Теперь выглянуло уже другое лицо, помоложе, в черной монашеской шапочке.

        – Дельце есть небольшое…

        – Да ты самто кто будешь?

        – Ято? Ну, я, видно, дальний, а завернул в обитель с грамоткой от отца Мисаила… Крепко наказал кланяться и грамотку прислал.

        – Давай грамоткуто…

        – Не могу, честная старица: наказано матери Анфусе в собственные руки, а не иначе этого.

        Скитские старицы пошептались, и только после этих переговоров тяжело громыхнул монастырский железный затвор. Когда странник вошел в калитку, его еще раз осмотрели и потом уже пустили дальше.

        Скитский двор занимал большую площадь, обставленную простыми бревенчатыми избами. Самая большая была келарней. Двор был вычищен, а оставшийся снег таял большими кучами в стороне. Скитницы жили уютно и обихаживали свой укромный уголок с охотой, как рабочие пчелки. Сестравратарь провела пришельца в ближайшую избу с высоким крыльцом, где и жила сама честная мать Анфуса.

        – Ужо подожди здесь, – остановила гостя сестравратарь, поднимаясь на крыльцо.

        В окошке

 

Фотогалерея

Mamin 10
Mamin 9
Mamin 8
Mamin 7
Mamin 6

Статьи








Читать также


Повести разных лет
Сибирские рассказы
Уральские рассказы
Поиск по книгам:


Сказки и рассказы для детей
ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту