Дмитрий Наркисович Мамин-Сибиряк
(1852-1912)
Русская классика
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

7

и грубым издевательством. У Соньки выступали уже слезы на глазах, и она одной рукой крепко уцепилась за мать.

        – Мамынька, пойдем домой… – шептала она.

        Без того взволнованная и огорченная, Афимья ударила Соньку кулаком в бок так, что та разревелась совсем уж не к месту. Их окружила хохотавшая толпа.

        – Вот так невеста!.. Охохо!.. Ее еще с ложки кашей надо кормить.

        Взбешенная Афимья ударила Соньку по лицу, а потом схватила за косу и сбила платок с головы. Кругом стоял настоящий стон от хохота. Но вдруг толпа расступилась, и подошел седенький розовый старичок.

        – Нехорошо, милая… ах, нехорошо! – уговаривал он расходившуюся Афимью, придерживая ее за руку. – Первое дело, в публичном месте не дозволено производить скандал, а второе… Эй, вы, что вы в самомто деле проходу не даете бабе! Ну, ступай, милая, своей дорогой…

        Афимья обрадовалась случаю и чуть не бегом потащила Соньку вперед, только бы уйти из проклятых рядов. Когда она шла уже по площади, ее догнал купеческий молодец и таинственно пригласил следовать за собой. У Афимьи екнуло сердце, как у рыбака, у которого клюнула большая рыба. Молодец повел женщин позади рядов, где свалены были пустые коробья, сундуки и всякий хлам, а потом задней дверкой в какуюто контору при лавке. Там уже ждал их тот самый седенький старичок, который только что освободил их от нахальной толпы. Он сделал молодцу знак, и тот исчез, как тень.

        Старичок припер дверь и заговорил:

        – Ну, невеста, будет тебе реветьто… хехе! Слезыто твои ужо шелковым платочком утрем.

        – Девичье дело… застыдилась малым делом… – оправдывалась Афимья, оправляя платок на голове Соньки. – Пристали охальники… ржут…

        – Все исправим… – повторял старичок, притягивая Соньку к себе за руки. – Сколько тебе лет? А зовут как?.. Словом, девушка, нечего сказать: ходить бы тебе в кумаче да в шелку.

        Он ласково потрепал ее по заалевшей щеке, а сам так и впился в нее глазами. Очень уж аппетитная штучка… Всем взяла – и ростом, и лицом, и румянцем, а глаза совсем бархатные. Сонька тоже смотрела на ласкового старичка и улыбалась: ей вдруг стало весело. Вот эта улыбка точно обухом ударила старика по голове… Он выпустил Сонькину руку и весь побледнел. Губы чтото шептали и не могли выговорить. Старик смотрел то на мать, то на дочь и напрасно старался чтото припомнить, как неожиданно разбуженный человек припоминает вылетевший из головы яркий сон.

        – Так… так… – шептал он. – Софьей, говоришь, звать?.. Да… Такс. А тебя Афимьей?.. Нуко, ты, Сонюшка, выдь малым делом, а мы тут потолкуем…

        Когда девушка вышла, старик ухмыльнулся, припер дверь и вполголоса повел переговоры. Афимья старалась не смотреть на него и машинально повторяла подсказанную Егорихой цифру.

        – Дорожишься маленько… – торговался старичок, соображая чтото про себя. – Такихто невест по ярмарке ходит сколько угодно…

        – Много их, да супротив моей Соньки рожей не вышли…

        – Так, так… Вот што я скажу тебе, миленькая: ты посиди пока здесь с Сонькойто, а я за деньгами в банк съезжу. При себето таких больших денег не держу…

        Афимья

 

Фотогалерея

Mamin 10
Mamin 9
Mamin 8
Mamin 7
Mamin 6

Статьи








Читать также


Повести разных лет
Сибирские рассказы
Уральские рассказы
Поиск по книгам:


Сказки и рассказы для детей
ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту