Дмитрий Наркисович Мамин-Сибиряк
(1852-1912)
Русская классика
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

19

ненастье зарядит недели на три. Две партии уже отправились, – перескочил он к злобе дня, – это доверенные от Охлестышевых. Ну, да эти не опасны, пусть поездят по лесу. Я, признаться сказать, больше всего опасаюсь Агашкова и Куна… Черт их знает, что у них на уме.

        – Да что же они могут сделать?

        – Э, да мало ли что… Будут караулить, куда поедем, и, пожалуй, помешают.

        Напились чаю, потом пообедали, но никому кусок в рот не шел. Метелкин выглядывал с почтительной грустью. Спирька сидел как приговоренный; сам Флегонт Флегонтович постоянно подбегал к окошку на малейший стук и осторожно выглядывал изза косяка. Один Гаврила Иванович не испытывал, кажется, никакого волнения и сосредоточенно ел за четверых, облизывая свою крашеную деревянную ложку.

        День был ясный, настоящий весенний, с легким холодком в воздухе; по небу с утра бродили белые волнистые облачка, обещая долгое вёдро. Но кругом не было еще зелени, и только на пригорках коегде пробивалась свежая травка зелеными щетками. Река Причинка уже очистилась ото льда и начала разливаться в своих низких болотистых берегах, затопляя луга и низины. Пролетело несколько Косяков диких уток; гдето печально кричали журавли.

        Часов в семь вечера наша первая партия выступила из Причины, потому что к заветному месту нужно было подойти обходным путем, чтобы запутать все следы и обмануть охотников открыть наш секрет. Теперь нас было две партии – одна под предводительством Флегонта Флегонтовича, а другая во главе с Пластуновым. У нас вожаком служил Спирька, а у Пластунова Гаврила Иванович. Сговорились встретиться на какомто урочище Сухой Пал, прежде чем захватить окончательно местечко. Чтобы решительно сбить с толку всех, мы ехали в одну сторону, а Пластунов в другую. Собственно, наша партия должна была выступить час спустя.

        – Ох, не разъехаться бы… – стонал Собакин, провожая партию Пластунова вперед. – Ты, Гаврила Иванович, смотри, – не ударь в грязь лицом.

        – Уж не сумлевайтесь… все оборудуем, Флегонт Флегонтыч, – отвечал старик, залезая в коробок Пластунова. – В лучшем виде.

        Другие партии тоже зашевелились, и две из них отправились вслед за нашей партией, хотя это были «бывшие», значит, особенной опасности не предвиделось.

        – Что вы так хлопочете, чтобы не разъехаться, – говорил я, – все равно: Пластунов займет другой участок – и только.

        – Э, батенька, в том весь и секрет, чтобы занять два участка рядом, потому что у меня в участке жила, ну, а как она уйдет к другому? Вот этото и дорого… Все изза этого хлопочут. По закону, каждая партия имеет право занять только один участок – пять верст в длину и сто саженей в ширину, то есть по течению какойнибудь речки.

        Было восемь часов, и мы выступили тоже в поход. Спирька поместился у нас на козлах, и Собакин категорически объявил ему:

        – Ну, ты, идол, смотри в оба, а ежели надуешь, так я из тебя и крупы надеру и муки намелю в лесуто…

        – Предоставлю, Флегон Флегоныч, – угрюмо отвечал Спирька, нахлобучивая какуюто совершенно невозможную шапку на свою взлохмаченную голову. – Уж мы с Гаврилой Иванычем вот как сруководствуем…

 

Фотогалерея

Mamin 10
Mamin 9
Mamin 8
Mamin 7
Mamin 6

Статьи








Читать также


Повести разных лет
Сибирские рассказы
Уральские рассказы
Поиск по книгам:


Сказки и рассказы для детей
ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту